(no subject)

В 1830-31 гг. Российскую империю поразила первая эпидемия холеры, на почве слухов, смертей и отсутствия медицины в современном понимании вспыхивали холерные бунты. Как известно, несмотря на эти ужасы во внешней жизни, внутренняя жизнь Пушкина в эту болдинскую пору была необыкновенно продуктивной. А вот как в письмах он остроумно и актуально подбадривал своего друга Петра Плетнёва:

«…Опять хандришь. Эй, смотри: хандра хуже холеры, одна убивает только тело, другая убивает душу. Дельвиг умер, Молчанов умер; погоди, умрет и Жуковский, умрем и мы. Но жизнь все еще богата; мы встретим еще новых знакомцев, новые созреют нам друзья, дочь у тебя будет расти, вырастет невестой, мы будем старые хрычи, жены наши — старые хрычовки, а детки будут славные, молодые, веселые ребята; а мальчики станут повесничать, а девчонки сентиментальничать; а нам то и любо. Вздор, душа моя; не хандри — холера на днях пройдет, были бы мы живы, будем когда-нибудь и веселы…
Ты умно делаешь, что сидишь смирно в своей норе и носу не показываешь в проклятом некогда мною Петербурге. Не холера опасна, опасно опасение, моральное состояние, уныние, долженствующее овладеть мыслящим существом в нынешних страшных обстоятельствах…».

Моральные лидеры человечества

Италия — член ЕС и НАТО, каждые полгода итальянские власти вместе с другими европейцами продлевают против нас санкции. А ещё Италия в последние недели самый страшный очаг коронавируса, каждый день от него погибают сотни итальянцев.
Европейцы, всегда энергично солидаризируясь в русофобии, почему-то не хотят объединять усилия в борьбе с вирусом, «хатаскрайничают» и постыдно закрывают глаза на терпящую катастрофу Италию.
Как ни странно будет для «общечеловеков», на помощь бедной Италии пришли те, против кого европейцы и англо-американцы десятилетиями вводят санкции и демонизируют — наша страна, Куба и Китай. В голливудских блокбастерах англосаксы любят спасать мир, но вот сейчас, когда в дверь человечества постучалась всамделишная смертельная опасность — они почему-то спасают по одиночке только свои задницы, а на помощь первыми ринулись вечно «плохие парни» кинопропаганды — русские, кубинцы и китайцы.
Политические игрища итальянских и европейских политиков пусть останутся на их совести, в любой катастрофе страдают в первую очередь простые люди, умирают сейчас простые итальянцы — и вот они-то, в отличие от изменчивых политиков, навсегда, на всю жизнь запомнят своих спасителей. Схлынет как душный туман после дождя вся многолетняя русофобская пропаганда англосаксов, но в памяти простых итальянцев останется тепло и благодарность за спасённые жизни. А наши военные медики ещё и наберутся далеко на чужбине бесценного опыта по борьбе с самой опасной итальянской мутацией «ковида».
Мы не были бы русскими по духу (независимо от национальности по крови), если бы подобно англосаксам просто стояли в сторонке и закрывали уши на крики о спасении.
Такова не киношная, а настоящая селяви.

Всех с Рождественским Сочельником!

Ризу накрест обвязав,
Свечку к палке привязав,
Реет ангел невелик,
Реет лесом, светлолик.
В снежно-белой тишине
От сосны порхнет к сосне,
Тронет свечкою сучок —
Треснет, вспыхнет огонёк,
Округлится, задрожит,
Как по нитке, побежит
Там и сям, и тут, и здесь…
Зимний лес сияет весь!
Так легко, как снежный пух,
Рождества крылатый дух
Озаряет небеса,
Сводит праздник на леса,
Чтоб от неба и земли
Светы встретиться могли,
Чтоб меж небом и землей
Загорелся луч иной,
Чтоб от света малых свеч
Длинный луч, как острый меч,
Сердце светом пронизал,
Путь неложный указал.

Collapse )

С Новым Годом!!!

Считанные минуты до боя курантов в Москве. Но в столице теплынь и идёт дождь, снега нет. А вот как чувствовался Новый год для поколения, пережившего Войну — два стиха поэта-фронтовика Константина Ваншенкина:

Проснёмся первого января
На той планете,
Где елка бросила якоря,
А на паркете
Как бы мерцание янтаря
При зимнем свете.
Все ново в этот начальный миг —
И запах ёлки,
И корешки наших старых книг
На книжной полке,
И в утренних волосах твоих
Две-три иголки.
Все ново, ты и сама нова —
Прохлада кожи.
Твои проснувшиеся слова
Так непохожи
На те, что были назад дня два,
Что будут позже.
А снег и свет, что глядят в окно
На наши стены, —
Все это было уже давно,
Все неизменно,
Но неожиданности полно
Одновременно.
Пусть новым будет весь новый год,
Как в день рожденья,
Пусть рядом с нами всегда идёт
Без принужденья,
Нас обновляя, как в поздний тот
Миг пробужденья.

***
Дорогая,
Помнишь ты, как в метельной ночи,
Догорая,
Дышат угли живые в печи?
А снаружи,
Если к стеклам приникнуть тесней,
В мире стужи
Видно клочья летящих теней.
До рассвета
Без лопаты за дверь не ступи!
Будто где-то
В белой хатке средь белой степи.
Временами
В кухне дужкою звякнет ведро.
То под нами
Осторожно проводят метро.
Полквартала,
Даже меньше — и вот он, Арбат.
Ты устала?
А за окнами хлопья свистят.
Будь же прочен,
Старый дом средь ревущих ветров.
(Между прочим,
Это, в сущности, первый наш кров.)
Звон метели.
Да от печки, что стихла во сне,
Еле-еле
Зыбкий отсвет дрожит на стене.

День сотрудников госбезопасности

Сегодня праздник у наших воинов невидимого фронта, чья служба вот уж воистину «и опасна и трудна, и на первый взгляд как будто не видна». 99% всей их деятельности засекречено, но именно благодаря их самоотверженному труду и ратному подвигу мы все можем спокойно выходить в магазин за углом, гулять по улицам родного или любого другого города России, учиться и работать, растить детей, словом, жить полнокровной жизнью. Что бывает, когда в стране безвластие, разгул бандитизма, работа органов правопорядка в народе обесценена, а все спецслужбы деморализованы — мы слишком хорошо познали в годы ельцинщины. Свежо в памяти воспоминание, когда каждый день от длинной криминальной хроники возникала мысль: «Спаси и охрани Господи родных, чтобы вечером вернулись домой живыми и невредимыми».
Сотни предотвращённых терактов каждый год — это тысячи спасённых жизней, и кто знает, может быть, так не единожды спасали каждого из нас и наших близких. Спасибо вам! Вечной памяти всем павшим героям, а здравствующим сотрудникам верного и уютного тыла и оперской удачи и надёги на службе! С Праздником, вопреки всему! Работайте, братья, и берегите там себя!

(no subject)

В последние две недели декабря в пятом часу необыкновенно красивые пурпурные или сиреневые зори. Одного не хватает, чего в детстве было с избытком – морозца и сугробов. Никогда бы в то время не подумал, что у нас на Урале в декабре будет такой снежный дефицит. Поэтому зиму приходится вспоминать и окликать по стихам.
Collapse )

Зима

Ночь холодная мутно глядит
Под рогожу кибитки моей.
Под полозьями поле скрипит,
Под дугой колокольчик гремит,
А ямщик погоняет коней.
За горами, лесами, в дыму облаков
Светит пасмурный призрак луны.
Вой протяжный голодных волков
Раздается в тумане дремучих лесов. —
Мне мерещатся странные сны.
Мне всё чудится: будто скамейка стоит,
Collapse )

Житие хирурга Пирогова в «10-м нумере» Московского универа

Читал дневник хирурга Пирогова. Живо и забавно описывал свое студенческое житие в Московском университете, особенно — хождения в «10-й нумер», из которого можно понять нравы студентов в последние годы царствования Александра Первого перед восстанием декабристов в 1825 г. Читал и смеялся. Пикантность жития 10-го нумера ещё и в том, что большинство его обитателей было духовного сана:
Collapse )